Литна peoples.ru

НА КУХНЕ ВРЕМЕНИ

Лидии Вергасовой

1.

Я одиночествую и судьбой довольна.
Сверчи, сверчок, и доучи навечно
По отношению к дороге жить продольно,
По отношению к идущим — поперечно.

Сверчи о том ещё, что поселился в кухне
И обзавёлся домоседливой женою.
Но нет гарантии, что потолок не рухнет,
Как и империя за кухонной стеною.

2.

Жизнь гибкая, и свой же локоть
Достала облучённым ртом
На кухне времени, чья копоть,
Туманным ввинчена винтом
В густую мешанину неба,
Сейчас похожего на борщ.
Макай в него остаток хлеба
И лба высокого не морщь.

3.

Я лучок нарезаю мелко,
Утопает в моркови тёрка,
А за окнами перестрелка
Или, как говорят, 'разборка'.
Чернобурая кошка Микла
На поваренной сжалась книжке.
Будь я проклята! — я привыкла
Огнестрельные видеть вспышки.
Я готовлю рыжий салатик,
Ну, а там упадает в зиму
То ль налётчик, то ли солдатик,
То ли просто идущий мимо.
Будь я проклята! — в снежной лунке
Чья горячая кровь затверделась?
А что плачу — то дело в луке.
К морю крови жизнь притерпелась.

4.

Коли ты оказалась внутри
Стихотворного цикла,
То хвостом мои слёзы утри,
Чернобурая Микла.

Чем дожить до подобного дня,
Лучше б гнить мне в могиле.
Почему не убили меня,
Почему не убили?

Ведь была и опала, и гон
По всем правилам гона,
Но от свиста укрыл меня звон,
А от пули — икона.

Неужели мой крест меня спас,
Чтоб в преклонные годы
Поняла я, что рабство для нас
Не кровавей свободы.

5.

Какой здесь разыгрался фарс
Общественно-интимный?
На сцене времени сейчас
И сны декоративны,

Стою, — которая есть сон, —
На заднем плане синем
Средь размалёванных знамён
На дохлой древесине.

Я выкроена из коры
И не могу быть вещей,
А сбудется лишь ход игры
На сцене сумасшедшей.

6.

На этой кухне падает, как снег,
Извёстка с потолка, и перекручен
Над мойкой кран, и капает вода,
Озвучив времени атомный бег,
Кран отмерять минуты и года
Под стать часам песочным не приучен.
А стрелки на будильнике — лишь знак
Безвременья. И если Пастернак
— Какое, — бы спросил, — тысячелетье? —
Ну что бы я ответила ему,
Природы русской певчему ребёнку?
Наверное, сказала б: — Это третье
До Рождества, о коем никому
Неведомо в Давидовом дому.
Или волхву мерещится спросонку?

7.

Мне достаточно свободы внутренней,
Внешней не бывает никогда, —
И сквозь снег просеиваю утренний
Все мои ушедшие года.

В сите света золотомедового —
Дёготь многогрешного житья,
Бурый уголь времени бредового,
В чьём жару безумствовала я.

Ни к чему мне самоутешение:
Бог оставил — дьявол подхватил.
Так откуда ж это освещение
В миллионы ангеловых сил?

Инна Лиснянская

НА КУХНЕ ВРЕМЕНИ

Добавьте свою новость

Здесь